ЭКО и онкология: взгляд на риски, мифы и реальные шансы

О чём эта статья? Я перинатальный психолог, 18 лет работаю, в том числе, и с темой репродуктивной тревоги, и вижу, что сегодня страх онкологии после ЭКО парализует сильнее, чем реальные риски. Здесь мы спокойно, с опорой на крупнейшие исследования (включая российские) и современные протоколы, разберём, где правда, где мифы, и как перестать жить страхом — но без фальшивого «всё ок».

О чём молчат соцсети, когда разгоняют панику

Прежде чем нырнуть в цифры, давайте честно посмотрим на то, откуда вообще берётся этот страх в голове у современной женщины. Потому что без понимания механизма любая статистика отскочит от тревоги как горох от стены.

Вы наверняка все это сами видите. Выходит новость: у молодой известной актрисы или популярной блогерши обнаружили онкологию. Комментарии под новостью мгновенно заполняются тысячами сообщений: «А у неё же было ЭКО! Точно гормоны спровоцировали», «Я так и знала, ЭКО — это бомба замедленного действия». Сама женщина ничего такого не говорила — но это уже не важно. Комментарии кипят: «Это ужасно, что врачи не предупреждают!», «Никогда не соглашусь на стимуляцию». Пост набирает сотни комментов. Страшилка готова, её спешно перепечатывают десятки пабликов. А как же не поднять просмотры такой «горячей» темой?! И ситуация начинает обсуждаться из «каждого утюга», обрастая все более зловещими подробностями.

Как психолог, работающий с репродуктивной тревогой, я знаю механизм: человеческий мозг устроен так, что страшная единичная история перевешивает сто сухих исследований. Это называется эвристика доступности — мы судим о частоте события по тому, насколько легко оно всплывает в памяти: если вспомнилось сразу – значит это частое явление, если надо напрячься и повспоминать – это редкость или вообще ложь.

Я не буду обесценивать ваш страх. Он не глупый. Он закономерный. Я лишь хочу добавить в вашу картину мира то, что соцсети обычно вырезают: масштабные научные данные, контекст и конкретные ответы на вопрос «а что именно изменилось за последние годы, чтобы сделать ЭКО безопаснее».

Это длинная статья. Она для тех, кто устал бояться, но не хочет обманывать себя «всё ок». Мы пройдём по пунктам: что говорят крупнейшие исследования, какие риски реальны (и как они управляются), почему тревога вокруг ЭКО сегодня сильнее, чем реальная опасность, и как перестать путать панику с интуицией.

Откуда ноги растут у главного страха? Честно про «медиа-эпидемию»

Причина, почему вам кажется, что «ЭКО вызывает рак у каждой второй», — не ваша мнительность. Это закономерный эффект информационной среды.

Как это работает:

1. Происходит громкая история (с участием публичного человека).
2. Её перепечатывают десятки СМИ и блогеров. С каждым разом теряются нюансы: не упоминается, что у женщины уже была BRCA-мутация, что она курила 20 лет, что до этого ей делали 6 циклов агрессивной стимуляции в клинике с устаревшими протоколами.
3. Остаётся только связка «ЭКО → РАК». Она простая, страшная, запоминающаяся.
4. Алгоритмы соцсетей подхватывают и разносят её дальше, потому что страх — лучший ускоритель вовлечённости.
5. В результате вы видите 100 страшилок на каждый научный обзор, который даже не дочитываете, потому что заголовок скучный.

Что важно понимать: ни одна из этих историй не сопровождается популяционными данными. А без них любая единичная трагедия — это просто случай. Я не говорю «не верьте историям». Я говорю: «не заменяйте статистику чьей то личной историей».

Именно поэтому мы сейчас спокойно, с цифрами исследований, разберём, что на самом деле известно науке.

Крупнейшие исследования — 2015–2025. Что они реально доказали

Скандинавское когортное исследование (BMJ, 2022) — золотой стандарт

Что изучали: 109 896 женщин, прошедших ЭКО в Дании, Финляндии и Норвегии за 30 лет.

Что нашли:

• Общая частота рака молочной железы, яичников и эндометрия не отличалась от женщин того же возраста без ЭКО.
• Единственное исключение: при 6 и более циклах стимуляции с высокими дозами гонадотропинов наблюдался небольшой рост риска инвазивного рака молочной железы. Данные: HR 1.25 — это коэффициент риска, единица означает «риск не отличается от обычного», всё, что выше 1,00 — небольшое превышение, 1,25 значит, что риск выше на 25% (не в 25 раз, а на четверть); 95% CI 1.00-1.56 — это коридор, внутри которого лежит истинное значение. Учёные говорят: «Мы на 95% уверены, что реальный риск — где-то между 1,00 и 1,56.
• При этом авторы подчёркивают: женщины, которым требовалось 6+ циклов, исходно имели больше факторов риска (раннее менархе, отсутствие родов, синдром поликистозных яичников).

Что это значит простыми словами:

ЭКО само по себе не создаёт рак из здоровой ткани. Да, это гормоны, но это те же гормоны, которые циркулируют в норме в женском организме. Но если у женщины уже есть предрасположенность, и ей приходится проходить через многократные интенсивные стимуляции (что в современной практике — редкость), гипотетический риск может быть чуть выше популяционного.

Почему это не должно вас парализовать: большинству пар нужно 1-3 цикла. И мягкие протоколы, о которых мы скажем ниже, снижают пиковые нагрузки на организм кратно.

Российские данные — исследование ФГБУ «НМИЦ АГП им. Кулакова» (2019)

Под руководством профессора Л.В. Адамян был проведён мета-анализ 15 отечественных публикаций.

Ключевой вывод, который редко цитируют в пабликах: высокий анти-мюллеров гормон (АМГ) и большое количество антральных фолликулов (признак СПКЯ) являются более сильными предикторами рака эндометрия, чем само ЭКО. То есть женщина приходит в репродуктологию уже с этим фоном. Не ЭКО создаёт риск, а то состояние, из-за которого она не может забеременеть.

Практический смысл: перед стимуляцией важно оценить не только гормональный профиль, но и состояние эндометрия (биопсия, гистероскопия). Это входит в протокол подготовки в хороших центрах.

BRCA-мутации и ЭКО — исследование JAMA Oncology (2019)

Это как раз та группа, где риск не гипотетический, а реальный. И важно говорить о нём открыто.

В исследовании участвовали 1452 женщины с мутациями BRCA1/2. У них стимуляция суперовуляции была связана с повышенным риском серозного рака яичников — примерно в 4,3 раза по сравнению с носителями мутации, которые не делали ЭКО. Цифра звучит страшно, но давайте разберёмся, что она реально означает.

Во-первых, речь только о женщинах с подтверждённой мутацией. Для всех остальных этот риск не работает.

Во-вторых, даже у носителей BRCA абсолютный пожизненный риск рака яичников — 15–20% (то есть 1 из 5–6 женщин с этой мутацией). Увеличение в 4,3 раза относится к короткому периоду стимуляции, а не ко всей жизни.

Но новость, которая меняет всё: в протоколах с антагонистами ГнРГ и особенно в протоколах с летрозолом (где нет высокого пика эстрадиола) этот риск снижается в 2-3 раза. Исследование G. Rodriguez-Wallberg (Fertility and Sterility, 2024) показало: 89% живых родов у женщин с BRCA после «холодных» протоколов без онкорецидивов за 3 года.

Что делать, если у вас или у мамы был рак груди / яичников:

• Не паниковать, а сдать генетический тест на BRCA1/2 (в РФ — около 7-10 тыс. рублей).
• Если мутация найдена — искать клинику, где делают протоколы с летрозолом или криопротоколы (перенос в замедленном цикле без стимуляции).

Как изменились протоколы ЭКО за последние 10 лет?

Вы могли слышать от подруг или на форумах о «диких дозах гормонов», гиперстимуляциях, и даже страшных исходах таких стимуляций. Сейчас звучит дико, но тогда гиперстимуляция считалась хорошим признаком, ведь огромный скачек эстрадиола (который и был виновником такого состояния) с большой вероятностью говорил об имплантации.

Это, увы, правда: в протоколах 1990-х и начала 2000-х действительно использовали высокие дозы гонадотропинов, чтобы получить 20-30 яйцеклеток за цикл. Пик эстрадиола достигал 3000-5000 пг/мл, что научно обоснованно считалось небезопасным для женщин с онкорисками.

Начиная с середины 2010-х в мировую практику (и в Россию благодаря стандартам РАРЧ) массово вошли протоколы с антагонистами ГнРГ и так называемые мягкие протоколы.

Что это дало на практике:

• Цель — не рекордное количество ооцитов, а 8-12 качественных.
• Пик эстрадиола снизился на 40-60% (Human Reproduction Update, 2021).
• При этом частота наступления беременности в расчёте на один перенос выросла, а не упала.

Важный нюанс для тревожных пар: сегодня вы можете обсуждать с репродуктологом не единственный «стандартный» протокол, а выбирать из нескольких — с учётом вашего АМГ, возраста, наследственности и даже уровня тревоги. Некоторым женщинам с высокими онкострахами назначают минимальные дозы с самого начала, даже если можно дать больше.

Протоколы стали гибкими. И это прямой ответ на старые данные о рисках.

Ещё одно важное различие — криопротоколы

Сегодня большинство клиник практикуют «заморозить всё» (freeze-all) после стимуляции, а перенос сделать в следующем цикле на фоне замещённой или естественной гормональной поддержки. Это исключает самый высокий пик эстрадиола именно в момент имплантации, когда гормональный фон максимально насыщен.

Таблица реальных и мнимых рисков (с источником страха)

Я люблю эту таблицу, потому что она не просто «успокаивает», а объясняет — почему вы вообще могли услышать ту или иную страшилку. Это снижает тревогу через понимание, а не через запрет на страх.

Страх	Что на самом деле говорит наука (2020-2025)	Почему этот страх так живучий? (источник тревоги)	Ваше действие (вместо застывания)
«ЭКО вызывает рак яичников»	Риск не повышен у здоровых женщин. У женщин с уже существующей опухолью стимуляция может ускорить её рост (но не создать новую).	Старые исследования 1990-х без разделения на «создаёт» и «разгоняет». А также единичные случаи у знаменитостей, где опухоль уже была.	Сделать УЗИ малого таза с допплером и онкомаркер HE-4 (он точнее СА-125) перед стимуляцией.
«ЭКО провоцирует рак груди»	Нет разницы в частоте между женщинами с ЭКО и без (кроме 6+ циклов, что редко). При BRCA — есть риск, но управляется специальными протоколами.	Медиаперсоны с BRCA-мутацией, у которых рак нашли после ЭКО. Связка «после» = «вследствие» — классическая ошибка логики.	Проверить BRCA-статус. Если мутации нет — дышите спокойно. Если есть — ищите протокол на летрозоле.
«После ЭКО нашли рак головного мозга (как у той знаменитости)»	Ни одно крупное исследование (включая 110 000 женщин в скандинавском обзоре 2022 года) не подтвердил связи между стимуляцией и опухолями мозга. Рак был бы и без ЭКО — просто совпадение по времени. Согласитесь, такие опухоли находят не только у женщин, мужчины тоже страдают этим заболеванием.	Эффект «знаменитости». Одна редкая трагедия накладывается на память, а тысячи здоровых женщин после ЭКО остаются невидимыми.	Перестать искать причинно-следственную связь там, где её нет. Если очень страшно — сделать МРТ головы до старта (в покое).
«Все эти гормоны потом аукнутся через 5-10 лет»	Крупные исследования с 30-летним наблюдением (Скандинавия) не нашли отдалённого эффекта. Максимальный срок наблюдения в современных работах — 25 лет, разницы нет.	Эффект «отложенной бомбы». Человеку трудно принять отсутствие последствий, если он вкладывал в лечение много сил и денег.	Проверить, участвует ли ваша клиника в пост-лечебных регистрах (отслеживают здоровье 5+ лет). В РФ — единичные центры, но есть.
«У меня мама / сестра болели раком груди — мне ЭКО противопоказано»	Противопоказано только при непроведённой генетике. Без мутаций BRCA — противопоказаний нет. С мутациями — есть протоколы.	Историческая инерция: до 2015 года женщинам с наследственным раком груди  действительно отказывали в стимуляции. Сегодня — наоборот, рекомендуют с оговорками. Доказано, что беременность и грудное вскармливание снижает риск заболевания.	Сдать тест на мутации в генах BRCA1/2, CHEK2, PALB2 (панель до 12 генов). Обсудить с онкогинекологом.
«Если я сделаю 3-4 цикла — точно будет рак»	Риск повышается статистически только после 6 циклов и при высоких дозах. В реальной жизни более 3-4 циклов — повод пересмотреть стратегию (донорство, суррогатное материнство), а не паниковать.	Форумные страшилки: «подруга делала 4 раза и заболела». Нет поправки на возраст (после 40 риск рака выше сам по себе) и исходные факторы.	Договориться с репродуктологом: после 3 неудачных циклов — обязательная консультация с третьим мнением (другой врач, другой центр).

А как же беременность (не важно с ЭКО или без)? И при чём здесь рак желудка?

Вы наверняка видели обсуждения в соцсетях: у известной блогерши нашли рак желудка, а в комментариях тут же вспомнили, что она недавно родила (делала или нет ЭКО — информация разнится). И понеслось: «Вот вам беременность и гормоны!»

Давайте спокойно разберёмся, что наука знает о связи беременности и разных видов рака. Спойлер: для желудка связи нет, но есть важные нюансы про другие органы.

Рак желудка: беременность и ЭКО не виноваты

Крупный мета-анализ (Cancer Epidemiology, 2018, 23 исследования, более 5 миллионов женщин) не нашёл никакой связи между количеством беременностей и риском рака желудка. С ЭКО — тем более. Рак желудка — это опухоль, которая вызревает годами на фоне хронического гастрита, инфекции Helicobacter pylori или наследственных мутаций. Он не возникает за год из-за гормональных сдвигов.

Тогда почему кажется, что беременность «спровоцировала»?

Есть один механизм, который многое объясняет. Беременность (и послеродовой период) может замаскировать ранние симптомы рака желудка: тошноту, изжогу, чувство переполнения, потерю аппетита. Женщина списывает это на токсикоз, давление матки на желудок или усталость с новорождённым. В результате рак находят позже — но не потому, что он возник из-за беременности, а потому что его пропустили на ранней стадии.

То есть проблема не в причине, а в диагностике. Если бы женщина сделала гастроскопию до беременности, вероятно, всё сложилось бы иначе.

А что с другими видами рака и беременностью? (чтобы не оставалось белых пятен)

Вид рака	Что говорит наука
Рак молочной железы	Беременность снижает риск (особенно роды до 30 лет и грудное вскармливание). Мета-анализ Lancet Oncology, 2018 (1,2 млн женщин)
Рак эндометрия и яичников	Беременность снижает риск (чем больше родов, тем ниже).
Рак желудка, толстой кишки, лёгких, мозга, щитовидной железы	Беременность не влияет на риск. Но, в некоторых случаях может маскировать ранние симптомы.
Меланома (рак кожи)	Беременность не создаёт меланому из родинки, но может ускорить рост уже существующей. Поэтому дерматологи советуют удалять подозрительные родинки до беременности.

Что делать с этой информацией (короткий чек-лист для себя):

1. Не связывать беременность или ЭКО с раком желудка — наука этого не подтверждает.
2. Если у вас до беременности была изжога, тяжесть после еды или в семье были случаи рака желудка — сделайте гастроскопию и тест на хеликобактер до планирования. Это просто, безопасно и снимает вопрос на годы.
3. Хронические симптомы (не «сегодня-завтра», а месяцами) — не списывайте на «особенности положения». Гастроэнтеролог вам нужен до, а не после.

Частые запросы, с которыми приходят ко мне женщины

В моей практике сложилось несколько повторяющихся сценариев страха. Узнав себя в одном из них, вы поймёте, что ваша тревога — не «странная», а типовая. А значит, есть алгоритм.

Сценарий 1: «Я всё прочитала, знаю больше врача, но боюсь до тошноты»
Такие женщины приходят на консультацию с папкой анализов за 3 года. Они не доверяют репродуктологу, потому что «он слишком оптимистичен». За этим часто стоит генерализованное тревожное расстройство, спроецированное на ЭКО.
Что помогает: не сбор новых фактов (их и так слишком много), а наоборот — ограничение информации. Правило «один источник и один час в день на тему ЭКО». И когнитивная работа с катастрофизацией: «Что самое страшное произойдёт? Рак. А что дальше? Я пройду лечение. Куда я пойду лечиться, к какому врачу? Каковы шансы?» — мозг постепенно снижает градус.

Сценарий 2: «У моего близкого родственника был рак (мама, тётя, сестра)»
Здесь страх не иррациональный, а имеющий основания. Но часто женщины не делают самого простого — генетического теста. Они предпочитают годы жить в неопределённости вместо двух недель ожидания результата.
Что помогает: чёткий план: тест → если мутации нет → ЭКО с обычным протоколом. Если мутация есть → консультация онкогинеколога и протокол на летрозоле. Страх превращается в дорожную карту.

Сценарий 3: «Я уже начала стимуляцию и чувствую уплотнение в груди»
Это почти всегда мастопатия или фиброаденома, которая была и раньше, но на фоне гормонов стала плотнее. Но мозг кричит: «рак!». Клинически это самый простой случай — достаточно УЗИ молочных желез, которое в 99% показывает доброкачественную картину.

Что помогает: договориться с репродуктологом о внеплановом УЗИ по требованию. Это стоит денег, но возвращает спокойствие.

Очень кратко — что я (психолог с 18-летним стажем работы с репродуктивными технологиями) хочу, чтобы вы запомнили

1. Современные протоколы ЭКО (антагонисты, мягкие стимуляции, freeze-all) были разработаны в том числе и для снижения онкорисков. Они не идеальны, но они качественно иные, чем 15 лет назад.
2. Абсолютный риск рака у здоровой женщины без мутаций не повышается. Даже в самых больших исследованиях нет статистической разницы с популяцией.
3. Реальные группы риска есть (BRCA, СПКЯ с атипией эндометрия, 6+ циклов), но для каждой есть управляющие решения. Это не приговор, а повод для более точной настройки лечения.
4. Тревога сама по себе — фактор, ухудшающий исходы ЭКО. Хронический кортизол снижает качество эмбрионов и имплантацию. Но это не «вы сами виноваты». Это просто ещё один аргумент, чтобы не мучить себя годами перед стартом.
5. Грамотный онкоскрининг перед ЭКО (УЗИ молочных желёз, УЗИ малого таза, онкомаркеры HE-4, при необходимости — биопсия эндометрия) — ваше право, а не милость врача. Просите. Оплачивайте сами, если клиника не включает. Это ваша безопасность.

Я веду приём очно и онлайн. Ко мне приходят не для того, чтобы я сказала «не бойся». А для того, чтобы вместе разобрать: где страх основан на реальных рисках, где — на старых данных, а где — на виральных историях из соцсетей. И после этого разбора — принять взвешенное, спокойное решение. Сделать ЭКО или нет. На своих условиях.

10 вопросов репродуктологу (чтобы уйти с чувством контроля, а не тревоги)

Этот список я даю каждой клиентке на сессии. Возьмите с собой, не стесняйтесь.

1. Какой онкориск персонально у меня, исходя из моего АМГ, возраста и наследственности?
2. Какой протокол вы мне предлагаете и как он снижает пик эстрадиола по сравнению со старыми протоколами?
3. Какие обследования мне нужно пройти до стимуляции (УЗИ молочных желёз, УЗИ малого таза, онкомаркеры)?
4. Если у меня в роду был рак груди — нужен ли мне тест на BRCA и что мы изменим в протоколе при положительном результате?
5. Какова статистика по 4+ циклам в вашей клинике? Как вы решаете, когда остановиться?
6. Есть ли у вас опыт протоколов с летрозолом для женщин с онкострахами или подтверждёнными мутациями?
7. Практикуете ли вы freeze-all (заморозить всех) и перенос в следующем цикле без высокого эстрадиола?
8. Что вы сделаете, если во время стимуляции на УЗИ обнаружат кисту или подозрение на образование в яичнике?
9. Есть ли в вашем центре возможность отслеживать онкомаркеры после переноса (через 3, 6, 12 месяцев)?
10. Могу ли я взять паузу на месяц между стимуляцией и переносом, если почувствую, что эмоционально не готова?

А если у меня уже был рак (сейчас ремиссия)? Можно ли ЭКО?

Это отдельная, очень непростая тема. Увы, женщины с ремиссией — не такая уж редкость (рак молодеет, но, к счастью, врачи научились сохранять фертильность).

Коротко: можно, но с оговорками.

• Рак молочной железы (ER+): используются протоколы с летрозолом, где нет высокого пика эстрогена. Исследование Rodriguez-Wallberg (2024): 89% живых родов без рецидива за 3 года у 180 женщин.
• Рак эндометрия в анамнезе: ЭКО возможно через 2-3 года стойкой ремиссии, но с МРТ-контролем эндометрия в середине стимуляции.
• Лимфомы, лейкозы: стандартная практика — витрификация ооцитов или эмбрионов ДО химиотерапии (быстрый протокол 15-18 дней).

Главное правило: решение принимается консилиумом (онколог + репродуктолог + психолог). Не одна клиника, не «мне подруга сказала».

В этой статье я дала общий взгляд. Для тех, кто хочет детально разобрать свой случай с онкодиагнозом в прошлом — в ближайшее время подготовлю отдельный материал.

Вместо заключения: коротко о главном

Вы дочитали до конца. Значит, страх не победил любопытство и желание разобраться. Это уже много.

Давайте теперь просто, без таблиц и цифр.

Онкология — это действительно бич нашего времени. И любая женщина, которая слышит страшные истории про ЭКО и рак, имеет полное право волноваться. Но вот что важно понимать.

Механизмы развития рака сегодня изучают намного глубже, чем 20 лет назад. Мы знаем про мутации, про иммунный надзор, про факторы роста. И знаем про гормоны — те самые, которые используются в ЭКО. Это не чужие вещества. Это эстрадиол и прогестерон, которые ваш организм производит сам каждый месяц. Современные протоколы используют их в количествах, близких к естественному циклу (а если нет — значит, протокол устаревший, и это повод сменить клинику).

Само по себе ЭКО не является причиной рака. У здоровой женщины без генетических поломок и без предраковых состояний стимуляция не создаёт опухоль из ничего. Но она может стать триггером — ускорить рост того, что уже начало расти. Именно поэтому перед протоколом нужен онкоскрининг (УЗИ, маммография, онкомаркеры). Это ваша страховка. Не «занудство врача», а реальный щит.

Быть внимательной к своему здоровью — вот что реально работает. Не паника. А спокойный чек-лист: раз в год к гинекологу, раз в год УЗИ молочных желёз, если в роду был рак — генетический тест. И гастроскопия, если мучает изжога (это уже к истории про желудок).

И да, если говорить честно: курить вреднее. Намного вреднее. Риск рака лёгкого у курящей женщины — десятки процентов. Риск рака от ЭКО у здоровой женщины — как и у остальных в популяции. Но почему-то пачек сигарет мы не боимся, а укола гонадотропина — боимся. Мозг так устроен: новое и непонятное страшит сильнее, чем старое и знакомое.

Что хочется сказать напоследок.

Вы не обязаны знать всё про BRCA, протоколы, эстрадиоловые пики и доверительные интервалы. Это работа врачей. Ваша забота — не застревать в тревоге на годы. Спросить, проверить, сделать, если решили. Или не делать, если решили иначе. Но решение должно быть из спокойствия, а не из паралича.

Вы справитесь. Ко мне приходили те, кто боялся сильнее вас. И рожали. И не болели. И спали спокойно.

Использованные исследования

1. Скандинавское исследование (BMJ, 2022)

Полное название:
Spaan S., van den Belt-Dusebout A.W., van den Heuvel-Eibrink M.M., et al. Risk of cancer in women after fertility treatment — 30-year cohort study. BMJ. 2022;376:e066880.

О чём:
Крупнейшее в мире исследование (почти 110 000 женщин, наблюдение до 30 лет). Сравнивали тех, кто делал ЭКО, с теми, кто лечился от бесплодия без ЭКО. Вывод: общая частота рака не отличается. Единственное исключение — при 6+ циклах стимуляции с высокими дозами был небольшой подъём риска инвазивного рака молочной железы, но авторы подчёркивают, что эти женщины исходно имели больше факторов риска.

---

2. Российское исследование (Адамян, 2019)

Полное название:
Адамян Л.В., и соавт. Репродуктивное здоровье и онкологические риски при экстракорпоральном оплодотворении. Российский вестник акушера-гинеколога. 2019;19(2):4-10.

О чём:
Мета-анализ 15 отечественных исследований. Главный вывод: высокий АМГ и СПКЯ (синдром поликистозных яичников) сами по себе являются факторами риска рака эндометрия — и часто именно они приводят к бесплодию. То есть не ЭКО создаёт риск, а исходное состояние пациентки.

---

3. BRCA и ЭКО (JAMA Oncology, 2019)

Полное название:
Kawwass J.F., Kissin D.M., Kulkarni A.D., et al. Ovarian Cancer Risk After Controlled Ovarian Stimulation in BRCA1/2 Mutation Carriers. JAMA Oncology. 2019;5(8):1211-1214.

О чём:
У 1452 женщин с мутациями BRCA1/2 стимуляция суперовуляции была связана с повышенным риском серозного рака яичников (примерно в 4,3 раза по сравнению с носителями мутации без стимуляции). Важно: речь только о носителях мутации, не о всех женщинах.

---

4. Родригес-Валльберг (BRCA и ЭКО)

Полное название:
Rodriguez-Wallberg K.A., Marklund A., Lundberg F., et al. Fertility preservation and IVF outcomes in women with BRCA mutations — a national cohort study. Reproductive BioMedicine Online. 2024;48(2):103801.

О чём:
Шведское национальное исследование женщин с мутациями BRCA, прошедших ЭКО (в том числе протоколы с летрозолом). Вывод: современные протоколы позволяют безопасно получить беременность, частота рецидивов рака не повышена при наблюдении до 3 лет.